ajbolit444 (ajbolit444) wrote,
ajbolit444
ajbolit444

Требовать от РАБОВ, Патриотизма... Сверхцинизм...!!!


Обращаюсь к Путину и Элите... Ребята, МЫ на пороге войны, защищать вас некому. У гроба, карманов нет... Подумайте о ваших детях, внуках... Уничтожат Россию, потом ограбят и их. Ещё есть шанс, всё изменить. Пора думать о Стране. Надеюсь вы понимаете, что Я имею ввиду... Мигранты, не выход, это иллюзия... (Айболит)




30.10.2012 Автор: Сергей Сергеев
В путинской России трудно быть патриотом

          Итак, президент РФ Путин озаботился пропагандой и воспитанием патриотизма. Ему, видимо, кажется, что достаточно создать некое управление, специально занимающееся данным вопросом, и он будет решён.
То, что с патриотизмом в России дела не просто плохи, а очень плохи – секрет полишинеля. Напомню только пару красноречивых цифр, опубликованных не так давно (февраль прошлого года) «Независимым военным обозрением». Оказывается, призывников-уклонистов в нашей стране насчитывается около 200 тыс. человек. А две трети уже призванных молодых людей на вопрос, будут ли они защищать Российскую Федерацию с оружием в руках, «если завтра война», ответили отрицательно. Понимающему достаточно!
          Да, пропаганда патриотизма вообще и патриотическое воспитание молодёжи в частности у нас ведутся абсолютно бездарно. Я неоднократно писал на «Русской платформе» о том, в насколько ужасающем состоянии сегодня в России пребывает такой исключительно важный инструмент формирования патриотического сознания как исторический кинематограф. Но суть-то проблемы совсем не в этом! Глупо думать, что сам по себе грамотно выстроенный агитпроп может поднять мощную волну патриотического воодушевления. Родина – это ведь не только предмет сентиментальных переживаний и ретроспективной гордости, но и то место, где люди - здесь и сейчас – реализуются, где они хотят, чтобы их уважали, где они хотят быть хозяевами.
          Всё это давным-давно сказано умными людьми. Позволю себе обширную цитату из французского философа 18 в. Поля Гольбаха. Она, на мой взгляд, звучит весьма злободневно:
"...Свободный человек любит свою страну, потому что живет в ней счастливо; он дорожит своими руководителями, потому что видит, как они заботятся о нем…"


Привязанность свободного человека к своей стране, основанная на законной любви к самому себе, более прочна и обоснована более разумно; он сознает, что у него есть родина, потому что родина там, где граждане пользуются благополучием. …
В стране, где свобода уничтожена произволом неограниченной власти, для большинства людей не существует ни отдыха, ни безопасности, ни счастья. Только общество, где царит свобода, может быть могущественным, и только там у людей есть отечество.
При господстве деспота подданные не имеют отечества. Такой повелитель, естественно, склонен только препятствовать проявлению энергии людей, величия души, стремления к истинной славе, любви к общественному благу. Подданным порабощенной деспотом страны неизвестно высокое горение, которым охвачены сердца граждан свободного народа. Да и какие интересы могли бы воодушевить подданных деспота? Быть может, они стали бы бороться за свои владения? Но им ничего не принадлежит: все принадлежит повелителю. Быть может, они стали бы защищать свое счастье?
Раб, существование которого всегда ненадежно, с детства приучает свое жалкое потомство к унижениям; он трепещет при виде любого человека, облеченного доверием и властью. Он знает, что перед властью даже законы принуждены хранить молчание, что правосудие бессильно защитить слабого и что справедливость не может восторжествовать в стране, где лишь воля повелителя всегда решает вопрос о правом и неправом и может отменять законы. Таким образом, раб деспота, с рождения привыкший к самоунижению, никогда не ощутит порывов благородной гордости, которая одушевляет граждан, делая нацию великой, могущественной и грозной для врагов. …
В свободном обществе счастливый отец пользуется миром и довольством вместе со своей семьей; он с юных лет внушает детям любовь к правительству, под сенью которого их существование будет счастливым; он разъясняет семье, что принадлежащие ей поля не могут стать добычей несправедливого похитителя; он воспитывает в сыновьях мужественную гордость и великодушие, которые порождаются уверенностью в собственных правах и сознанием безопасности. При деспотизме все бывает как раз наоборот. Сердце отца становится беспокойным, он мрачнеет при виде тех, кому дал жизнь, упрекает себя в их рождении, опасается, как бы несправедливость не лишила их или его самого плодов его труда, трепещет, как бы новые налоги не наказали его за трудолюбие. … Тщетно было бы ожидать проявления энергии от этих униженных в собственных глазах людей: несчастный невольник, презираемый своими повелителями, кончает тем, что начинает презирать самого себя. …
Для того, чтобы общество было могущественным, необходимо, чтобы его защищали отважные люди с возвышенными душами, чьи силы и устремления объединяет сознание общих интересов и чье благополучие связано с осуществлением целей общества. Разве существуют подобные связи для неспособных взглянуть в будущее без содрогания людей, которым безразлично любое правление и которым нечего терять при любых изменениях, потому что им совершенно чуждо счастье».
Не правда ли, когда Гольбах описывает общество, «где свобода уничтожена произволом неограниченной власти», это выглядит как почти фотографическое изображение путинской России – страны, где нет ни свободы, ни благополучия, ни безопасности, ни правосудия, ни уверенности в завтрашнем дне, ни – в итоге – счастья?
Подавляющее большинство граждан РФ испытывают, как минимум, серьёзные проблемы с собственной реализацией, воспринимают себя не как уважаемых членов общества, а как «униженных и оскорблённых», не чувствуют себя хозяевами страны, в которой живут. А то с чего бы это половина российского «среднего класса» думает об эмиграции? Но для социальных слоёв ниже среднего этот «побег» даже в принципе невозможен. Странно ли, что последний доклад Центра стратегических разработок фиксирует «широкое распространение депрессивного и подавленного состояния среди взрослого русского населения» (интересно, что это состояние не имеет широкого распространения среди уроженцев Северного Кавказа)?
Такое самоощущение – отнюдь не загадочная эпидемия массового пессимизма. Ведь хорошо известно, что, как чётко сформулировал в недавнем интервью «Новой газете» Глеб Павловский, единственными в стране полноправными собственниками, свободными гражданами, людьми с защищёнными правами фактически является какая-то пара тысяч человек, «премиальный класс» - крупный бизнес (30 процентов всего благосостояния российских домохозяйств принадлежит 97 миллиардерам), чиновники группы «А», губернаторы.
Строго говоря, только с этих двух тысяч и надо спрашивать российского патриотизма – им есть, чем гордиться и что защищать – но, кажется, они не слишком его демонстрируют на практике: как правило, их счета находятся в зарубежных банках, дети учатся в зарубежных колледжах и университетах. Т.е. они – де-факто – патриоты совсем других стран, а ведь именно элита должна задавать образцы патриотического поведения. Видно и нашей «элите» не слишком комфортно в той системе, которую она сама же и выстроила.
Конечно, девиз космополитов: «Где хорошо, там и родина» - патриоту не подходит. Хорошо бывает и в гостях, но дома, как известно, должно быть по определению лучше. Но можно ли ощущать родиной страну, в которой тебе не только плохо, но – главное - в которой ты не видишь путей для того, чтобы изменить ситуацию к лучшему?
Что же нужно, чтобы патриотизм стал нормой жизни граждан РФ? Всего-то ничего: коренным образом поменять её политическую и социально-экономическую систему и создать вместо этого аномального уродца другую страну – Русское национальное демократическое государство, где бы большинство её населения (и прежде всего её государствообразующий народ – русский) реально стало союзом свободных, полноправных граждан.
Вне этого поистине революционного переворота какие угодно управления или агентства по пропаганде патриотизма – как мёртвому припарки. И вся эта напыщенная и пустая болтовня без зримых перемен к лучшему будет только лишний раз напоминать нам справедливость классического афоризма Самуэля Джонсона: «Патриотизм – последнее прибежище негодяев», - смысл которого совсем не в том, что патриотизмом могут пробавляться только негодяи, а в том, что за это священное понятие хватаются даже негодяи, когда им нужно отвлечь внимание общества от своих преступлений.
Сергей Сергеев


Удачи.Айболит.





Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments